Богдан Бенюк: «Толока» — это история Украины в одном фильме

Богдан Бенюк (в центре) на премьере «Толоки».

Состоялась официальная премьера украинского исторического фильма «Толока», режиссером которой является заслуженный деятель искусств Украины Михаил Ильенко.

Это экранизация стихотворения Шевченко «У той Екатерины дом на помосте…», главные роли в которой сыграют Иванна Ильенко (Екатерина) и Дмитрий Линартович (Иван).

Народного артиста Украины Богдана Бенюка зритель увидит в роли Палки.

О этого неординарного персонажа, а также о юбилейный показ легендарного Швейка, современных студентов и гражданский ликбез — в специальном интервью для газеты «Украина молодая».

Блискавковиловлювач

Господин Богдан, поделитесь впечатлениями о «Толоку»?

— Михаил Ильенко — волшебник. Именно так я его называю. Он — знахарь: имеет такой уровень ощущения кина, что может мольфарити… И он это делает! Его мольфаризм затягивается иногда надолго, как это было, например, с лентой «Тот, кто прошел сквозь огонь».

Но эта очарованность никуда не девается. В «Толоке» у него получилась очень поэтическая задумка: украинское село и всю жизнь его обитателей происходит на ветвях большого дуба. И вся территория Украины — на этом дубе. Меня это поразило. Получилась своеобразная история Украины в одной ленте. В главной роли — его дочь Иванка, профессиональная балерина. Режиссер заставил меня научиться танцевать с ней.

Расскажите больше о вашего героя? Кто он?

— Я играю Дерево — Винни Пуха Ламанчиського, который является украинцем, но родом из Испании. Как на меня, молния его немного бабахнула по голове (улыбается). Миша любит мне давать такие роли. Например, в фильме «Фучжоу» моего героя действительно ударила молния: волосы выгорели, но он остался жив и стал провидцем. А в «Толоке» мой персонаж ищет и пытается поймать шаровую молнию. Я у режиссера такой себе блискавковиловлювач или магнит, который притягивает эти молнии. Он предлагает мне такую игру — и я играю. И получаются очень интересные, странные персонажи.

А еще в фильме есть реальная история из жизни Ивана Миколайчука, которую он рассказал Михаилу еще во время съемок ленты «Белая птица с черной отметиной». Она о случае, который произошел с актером, когда тот, еще учась в Театральном институте, поехал к себе домой и два месяца работал санитаром в больнице для душевнобольных неподалеку от его села. Там он встретил тяжело больного Семена Босого, который едва не убил его ночью.

В Библии написано, что ласковое слово сердце растает. Так и Иван поступил, поговорив с Семеном и написав записку-справку, что Семен является вполне здравым и адекватным мужем, может жить в социуме. Дал ему такую «путевочку» в жизни… И подписался на этой записке. Семен это почитал и ничего плохого не сделал Ивану. Михаил эту историю помнил и решил включить в фильм. То есть показать, что все в жизни вокруг нас — Семены Босые: не знаешь, кого стукнула молния по голове, а кого — нет. И насколько сильно, если-таки ударила, потому что это тоже важно. То есть, идея того — кто умнее в этой жизни, а кто нет — она витает в воздухе, и оценить это очень сложно.

Были ли роли, от которых вы отказывались в кино или театре?

— Теперь Уже были. Конечно. И в кино, и в театре.

На что вы обращаете в первую очередь внимание, читая пьесу или сценарий: на автора, сюжет, героя, тему? То есть, что влияет на ваше решение, принимать или не принимать участие в этой работе?

— Анализирую сюжет, нравственность, потому что бывают пьесы различные по своему характеру, по психологическим нагрузкам, направленные на своего зрителя. Обращаю внимание на режиссера: как он владеет материалом, можно будет что-то почерпнуть от него или наоборот — он ждет отдачи от меня. Также на то, кто работает с актеров, потому что когда состав единомышленников, то это большое удовольствие работать. То есть влияет много факторов, и в каждой работе они разные.

Взрыв импровизации

Скоро в театре состоится юбилейный показ спектакля «Швейк».

— Да, в апреле будет 200-й показ (в прошлом году было 20 лет спектакле. — Авт.). Впрочем, в театральной компании «Бенюк и Хостикоев» мы ее тоже около 200 раз сыграли. То есть уже где-то 400 спектаклей было показано.

В чем вы видите успех и популярность этого спектакля?

— Каждый спектакль вызывает разные эмоции у зрителей. На «Швейке» идут смотреть на взрыв импровизации. Потому что много людей приходит по несколько раз. Они смотрят, как мы умеем поддерживать партнерские отношения друг с другом (играет с Анатолием Хостикоевым. — Авт.), на которых полутонах рождаются такие понятия, как любовь, дружба, независимо от того, кто ты есть — ты с 95-го квартала, или из того, что под номером 17.

Нет значения! Ибо наступает такой момент, когда ты превращаешься… Недаром в спектакле есть сцена с куполом, где наши герои сбрасывают с себя одежду: шинель с погонами, китель с орденами и медалями, кальсоны, то есть абсолютно все. Остаются го-ли — в том, в чем на свет пришли. Эта обнаженность способствует зарождению тех настоящих человеческих вещей, которых мы все нуждаемся, но каждый день прикрываемся наносными вещами, которые имеем в жизни.

Этот замысел Андрея Жолдака (режиссер-постановщик спектакля. — Авт.) очень интересен и вызывает много пищи в зрителей, которые смотрят. Потому что они ныряют в эти шахматные задачи, разгадывают и фантазируют над ними. Может, представляют себе даже гораздо больше, чем мы туда вкладываем. Но это очень хорошо, ведь фантазию того, кто смотрит, не запретишь. Никто же от нас не забирает те фантазии и мечты, которые возникают при прочтении книги.

Ликбез и украинолюбие

Хватает ли сейчас времени, помимо основной работы, заниматься еще политикой?

— Я понимаю, что я назвался груздем. Белым грибом. Я — в «Свободе». «Свобода» — это та сила, которая исповедует определенные взгляды и в самый крайний момент, который происходит в нашем государстве, все патриоты сразу объединяются и бегут к этой партии, потому — катастрофа. Когда нет ощущения катастрофы, о ней забывают…

Поэтому я знаю, к какой партии я принадлежу. И я должен быть одним из тех узнаваемых лиц, которые есть в этой партии. Должен также работать на партию, чтобы людям вести ликбез: что такое Украина, для чего она нужна? И этих обязанностей никто от нас не отнимал. Потому что у каждого украинца весь мир эмоций скрыто в его голове, и в любой момент, самый ответственный, он может сделать такой фортель…

Наши украинцы не умеют бежать на длинные дистанции, нет у них этих умений. Ты их стаєрами никогда не сделаешь. Вспыхнула у них в руках соломинка, сгорела быстро, они руки вытерли: а где результат? А его нет. Поэтому надо закусить уздечку и переть плуга. Очень долго! И никто не знает, при моем возрасте это произойдет. Надо делать свою работу. И я знаю, что должен быть в этой партии для того, чтобы люди понимали, что есть профессор, лауреат премий, орденов и медалей в «Свободе». Проклятый украинский националист (патетически). Буржуазный! (заливается смехом).

Какие черты характера вы уважаете в человеке?

— Постоянство. Это является важной чертой. Лучше быть с постоянными людьми. Даже когда они имеют другое мировоззрение. Но ты знаешь, что они всегда будут только такими, относишься к ним с уважением, даже если они являются твоими соперниками. Другое, когда на флюгер превращаются люди. С такими хуже иметь дела.

Какие негативные качества вам не нравятся именно в украинцах?

— Лень. Хитрость. Потому что когда о нас говорили, что мы нация, которая всегда откликнется, которая сопереживает… Которая хорошо поет, какая лирическая… Которая умеет пожалеть, приласкать… Брех-ня (пауза). Вокруг уже столько обманутых душ украинских, что эти ощущения пропали. Когда был малым, помню, ходили от села к селу люди, которых называли погорельцы. Это те, у кого сгорела или что-то случилось с домом. Мой папа умер, мы жили бедно, впрочем, и моя мама, да и другие односельчане старались чем-то помочь этим людям. Сейчас такое себе даже не представишь…

После Революции достоинства было видно, что есть огромное количество людей осознанных. Их небольшой процент, но они есть. Это движущая сила будущих побед. Голодомор и войны сделали свое: были уничтожены лучшие умы. Их сейчас не хватает. Остались недалекие умом, пришло много «освободітєлів», которые позахватывали земли, лучшие квартиры, в которых теперь живут их дети. Как говорил Воланд: великое дело — кровь. И они эту кровь имеют.

Из нашего паспорта убрали гражданство, национальность… Есть большой причудливый украинский народ. И есть тот процент, который не любит ни землю, ни язык, ни страну, ни-че-го. Есть президент, который говорит, что не это главное, а важна толерантность, честность, а идентифицировать себя через язык — то пустое (серьезно). Он глубоко ошибается. Потому, что опять украинский народ будет учить своего президента українолюбства.

«Намоленные» места и ресурсы

Вы уже не один год преподаете в Университете имени Ивана Карпенко-Карого. Осознанно молодежь сейчас уходит в актерство?

— Да, абсолютно. Потому что на отборах к вступительным экзаменам ты видишь и познаешь этих детей. Так вот, болонская система хочет забрать эти отборы, чтобы поступление в вуз был по… ин-тер-нет-по-каз-ни-ках! То есть по ВНО. Так же предлагают сделать поступление в Художественный институт, в Консерваторию… Мы можем сейчас только посмеяться с этого, но в будущем действительно могут на певца взять просто отличника, который в школе получил золотую медаль, но не умеет петь. Потому что у него показатели очень хорошие! Такое…

К счастью, конкурс на актерский факультет в нашем университете не уменьшается. В других художественных вузах стараются перенести вступительные экзамены на более поздние даты, чтобы те, кто не вступили к нам, пришли к ним. А все потому, что наш университет держит свою марку. Он имеет Учебный театр, «намоленные» места на Ярославовом Валу и Крещатике. К счастью, Киевсовет не забирает помещение на Крещатике, потому что рядом уже давно одни (напевает) маґазини-маґазини…

Что ключевого могут почерпнуть от вас студенты?

— Для моих студентов я являюсь тем человеком, который вызывает у них интерес: они приходят в театр на спектакли, видят меня в кино. Также темпоритм, в котором я живу, переходя от одной работы к другой, иногда досыпала. Их родители, когда приходят на встречу со мной, говорят (эмоционально): «Богдан Михайлович, спасибо Вам, что они с 9 утра до 10 вечера в университете и их выгоняют тогда, когда уже свет выключают в помещении. Что детям глупость в голову не лезет и они занимаются своей профессией». Студенты привыкают к этому бешеного темпоритма из университета. И каждый сам кует себе счастье. Потому что театров в Киеве сколько было в 90-х годах, столько и сейчас. А артистов ежегодно выпускается в стране — 500! Куда их девать? Куда им идти работать? Имеем проблему.

А причина в том, что в начале 2000-х годов лицензии на преподавание раздавались направо и налево, для тех, кто умеет и не умеет преподавать. Потому что казалось, что это будет обогащать наше образование. А оказалось, что нет. К примеру, в Грузии есть три профессиональные университеты, а в самом Тбилиси в вузе учатся на режиссерском курсе студенты 2-3, на актерском — 8-9. Все. Страна меньше и параметров меньше. Но не надо у нас делать из этого какой-то колхоз. Много студентов за получение диплома платят большие деньги, а потом не имеют куда его приткнуть.

Как вам удается совмещать семейную жизнь и несколько работ: в театре, в кино, в университете, в Киевсовете?

— Лєгко! Здесь нет ничего сложного. Преподавания, озвучка, съемки… Не имеет значения. Человек имеет такие ресурсы, что, когда захочет, она все может сделать. Спать, когда есть возможность спать. А когда не имеет такой возможности — работать. Но при условии, что работа будет идти ей в удовольствие. Потому что тогда это — позитив. Тогда она не устает, ей хочется работать. Это касается любой работы. Та, которая мне не нравится, — я ее не делаю. Я просто не умею это делать.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *