Почему Германия так и не начала поставлять в Украину тяжелое вооружение

Почему Германия так и не начала поставлять в Украину тяжелое вооружение

Германия вот уже два месяца практически не поставляет в Украину легкое вооружение и, более того, еще вообще не начала поставки обещанного тяжелого оружия. Представители Украины упрекают Берлин, немецкая оппозиция намекает на сговор с путиным, а немецкая пресса оставляет издевательские комментарии. Почему даже под таким давлением Германия затягивает поставки тяжелого вооружения Украине и считает, что все делает правильно.

Об этом пишет российское оппозиционное издание Медуза.

«Тот факт, что Германия за 102 дня варварской войны на уничтожение цинично отказывается поставлять даже старые танки Leopard-1 и БМП Marder, войдет в историю. Это позор», — написал 5 июня в своем твиттере посол Украины в Германии Александр Мельник, не забыв пожелать немецкому правительству «прекрасного праздника Троицы», который отмечает 6 июня.Фактическая сторона вопроса Мельник осветил верно: Германия действительно не ответила Киеву согласием на запрос о поставках в Украину Leopard-1 и Marder. Более того, Берлин пока даже не начал поставлять то тяжелое вооружение, о котором Германия и Украина договорились весной. А учитывая, что основные поставки легкого вооружения были сделаны еще в марте, а в апреле и мае немецкое оружие в Украину практически не шло, можно заподозрить, что Германия по каким-либо причинам саботирует этот процесс.

С упреками в адрес немецкого власти выступают не только посол Мельник и его начальник, глава украинского МИД Дмитрий Кулеба — он недавно сказал, что ему, вероятно, необходим попкорн, чтобы увидеть окончание саги о поставках «Гепардов». Неожиданную поддержку украинцам оказывает немецкая оппозиция.Если бы украинский телезритель посмотрел выступление в бундестаге лидера немецкой оппозиции и главы партии Ангелы Меркель ХДС Фридриха Мерца, ему могло бы показаться, что эту речь писал патриот Украины — с таким пылом Мерц требовал от власти тяжелого вооружения для Киева. Он намекнул даже на возможность тайного сговора между Путиным и Шольцем.Не молчит и германская пресса. Медлительность власти критиковала газета Die Welt, и даже сатирический Postilion выпустил статью о решении Шольца поставить в Украине «самую современную противовоздушную систему в нашем распоряжении — 5000 пугающих». «Крукала VS-1000» является пассивной оборонной системой на базе соломы, способной отпугнуть врагов на подлете. Особенно эффективно это оружие при легком ветерке», — иронизирует Postilion.

Германия — самый большой в мире донор Украины

У немецких властей, если судить по выступлению канцлера Олафа Шольца в том же бундестаге после речи Мерца, эта критика вызывает плохо скрываемое раздражение.

Во-первых, Германия искренне не понимает, почему украинские власти педалируют тему немецкого оружия, поскольку Берлин — хоть и не говорит об этом открыто — совсем не видит себя важным военным игроком. И тем более того, что может достичь перелома в войне, говорит немецкий политолог Дмитрий Стратиевский:

«Мы должны понимать, что Германия является слабой в военном отношении страной. Это страна, которая в первые десятилетия своего существования [по образованию ФРГ в 1948 году], последовательно демилитаризировалась, а последние десятилетия бундесвера, мягко говоря, не уделялось достаточно внимания. На немецком языке хорошая фраза — stiefmütterlich behandelt. Как мачеха относится к падчерице, так и здесь относились к бундесверу. То есть я могу предположить, что [обещанной Украине] оружия просто нет».

Именно плачевное состояние армии заставило власти Германии выделить 100 млрд евро на срочное «затыкание дыр» в обороне и задуматься над созданием «крупнейшей армии в Европе» .

Во-вторых, Германия (опять не говоря об этом открыто) предполагает, что другие страны будут учитывать ее давнюю проблему — быстроту принятия решений и необходимость долго согласовывать любой шаг. Дело в том, что в Германии медленная и плохо работающая бюрократия, объясняет военный эксперт и бывший полковник бундесвера Ральф Тиле.«Она так работает внутри Германии и работает по отношению к Украине. Это не умышленное злодейство, не подлость, не коварство — это сложившаяся ситуация и нуждающаяся в улучшениях. Германия тратит колоссальные деньги на гуманитарные задачи [на Украине], она на первых ролях в экономической помощи. Да и в военном отношении делает гораздо больше, чем еще недавно могли себе представить местные политики в своих смелых фантазиях».Действительно, на сайте немецкого МИД отмечено, что с 2014 года Германия передала Украине 1,83 млрд евро безвозмездной помощи – больше, чем США и любая другая страна. В отличие от других тем, Германия пытается об этом открыто говорить, но у нее не очень получается: пиар, особенно государственный, никогда не был сильной стороной этой страны. Поэтому обижаться на задержки со снабжением оружия «неблагодарно и глупо» со стороны Украины, считает Тиле.

«Здесь психологическая проблема — эта помощь плохо подавалась в СМИ и плохо объяснялась украинскому народу. Я сам по своим проектам знаю, что украинцы не подозревали, что Германия давала деньги на какие-то проекты на местах. – считает политолог Стратиевский. — Конечно, очень трудно войти в положение далекой Германии, если на тебя летят бомбы, но мы не все должны измерять ящиками патронов и количеством танков».

Исходя из действительно значительных объемов экономической помощи, Германия сама имеет право жаловаться на двойные стандарты. В конце концов, никто не критикует Францию ​​за то, что она не слишком усердна в поставках тяжелых вооружений, или США за принципиальный отказ от поставки оружия, с помощью которого можно наносить удары по российской территории.Когда Германия пытается действовать в согласии со своими союзниками (Der Spiegel пишет, что между Берлином, Лондоном, Парижем и Вашингтоном до сих пор действует неофициальное соглашение об отказе от поставки танков, если не считать танков советского производства, которые поставляет в Украину Польша), то именно на нее рушатся все шишки. К тому же Германия имеет свои причины очень чувствительно относиться к поставкам танков. Тот же Der Spiegel, ссылаясь на источники в бундестаге, пишет, что немецкие власти серьезно опасаются сценария, при котором украинская армия перейдет в наступление, и немецкие танки вторгнутся на российскую территорию: Германия не может себе позволить этого исходя из своей концепции исторической памяти яти.Не упрощают процесс отправки оружия и союзники Германии. В последние десятилетия германская военная индустрия была тесновато связана на сотрудничество с соседними странами. Да, снаряды к установкам Gepard (они уже обещаны Украине) производят в Швейцарии, но швейцарцы, сохраняя свой нейтралитет, запрещают их отправку в район боевых действий. Пока непонятно, как будет решена эта проблема, украинский посол действительно может запастись попкорном в ожидании «гепардов».Разбросанные по разным странам производственные цепочки, эффективные для демонстрации европейского единства или, к примеру, изготовление оружия на экспорт в арабские страны, показали свою неустойчивость при первом же серьезном испытании. А Польша, активно помогающая Украине, поставив Украине советские танки, например, требует от Германии как компенсацию «леопарды» последнего поколения, которых в самом бундесвере всего несколько десятков. Вопрос сценария окончания войны

Другой вопрос, волнующий немецкие элиты, — сценарий завершения конфликта. Германия, как и любая другая страна, старается не просто бездумно давать, что просят, а просчитывать ситуацию хотя бы на два шага вперед, особенно учитывая свои скромные военные ресурсы. Так, в начале марта Германия, отправив в Украину легкое вооружение и патроны, считала свою миссию выполненной и даже не стала расконсервировать тяжелое вооружение, поскольку немецкая разведка считала, что Украина покажется всего через несколько дней, и поставлять ее уже будет некому.

Сейчас немецкая разведка говорит о том, что украинское сопротивление на Донбассе, возможно, будет сломлено через четыре-пять недель, и к августу вся Донецкая область окажется занятой российской армией. То есть Германия (об этом говорится в роликах на канале бундесвера в YouTube, на которых немецкий генерал регулярно анализирует положение на фронтах) не верит в то, что украинская армия может военным путем отбросить российские войска до довоенных границ, что можно было бы назвать военной победой Украины . Не верит она, впрочем, в военную победу россии. У этой войны не будет победителей, все равно придется договариваться, считают в Берлине.Именно поэтому Шольц настолько уклончиво говорит о целях войны. Немецкие журналисты заметили, что канцлер, как и другие немецкие лидеры, избегает выражения победы Украины. «Нас объединяет одна цель – Россия не должна выиграть эту войну. Украина должна выстоять», — заявил он недавно, и эту фразу тот же лидер оппозиции Мерц часто цитирует в качестве примера двуличности нынешней власти.

Однако позиция Германии, если ее внимательно слушать, достаточно однозначна: Берлин действительно готов помочь Украине «выстоять» и как можно быстрее завершить войну дипломатическим путем, но не готов помочь ей «победить» — хотя бы потому, что в такую ​​победу не верит. «Солидарность с Украиной не исключает поиска дипломатического решения. Целью должно быть скорейшее завершение войны. Определение ее целей не должно быть делом одной только Украины», — пишет влиятельный политический еженедельник Cicero.

«Нет, только Украина определяет целые войны, – отвечает Cicero посол Мельник в своем Twitter. — Нам нужны не советы, а безграничная поддержка Германии, главным образом тяжелым вооружением, чтобы защитить гражданское население от военных преступлений». Берлин ждет от Киева иного плана завершения войны, кроме военного, но диалога не получается. Кажется, что немецкая оппозиция готова немедленно послать Украине танки. Это не так

Эту риторику с удовольствием подхватывает германская оппозиция. Выше уже было сказано, что ее лидер Фридрих Мерц можно легко принять за украинского патриота. Однако на самом деле позиции трех партий правящей коалиции и оппозиционной ХДС по Украине не очень отличаются — если бы сейчас оказалась у власти Мерц, он, вероятно, так же тянул бы с поставками. Даже если так кажется, никакого раскола по поводу помощи Украине в немецкой политике нет. Немецкий политолог и руководитель российской программы Фонда Эберта Алексей Юсупов объясняет:

«Сегодня Мерц, на динамике последних выигранных выборов, пытается продавать себя как решительный, сильный, без сомнения, лидер — антипод Шольца во всем, от роста до громкости голоса. По сути это театр, который ему дорого не стоит, но приносит политический капитал. Украинцу может показаться, что перед ним украинский патриот. Но на самом деле это сверхпрофессиональный оппозиционер-оппортунист».Не стоит забывать, что и самая громкая критика медлительности немецких властей доносится со стороны изданий Die Welt и Das Bild, входящих в медиагруппы Акселя Шпрингера, а она исторически симпатизирует именно немецким консерваторам из ХДС. Само же издание Die Welt ведет себя с украинской точки зрения куда менее однозначно и, например, не только взяло на работу, но отправило корреспондентом в Киев бывшую сотрудницу «Первого канала» Марину Овсянникову, прославившуюся антивоенной акцией в эфире программы «Время». Видеть бывшую пропагандистку Овсянникову в Киеве совету, мягко говоря, не все. месяцами оставляет желать лучшего. Низшей точкой, которую можно назвать величайшим дипломатическим унижением Германии за десятилетие, стал отказ принять в Киеве президента Германии Франко-Вальтера Штайнмайера из-за его прежних связей с россией.

Штайнмайер в середине апреля собирался ехать в украинскую столицу с президентами Польши и балтийских стран. В тот момент, когда он находился в Варшаве и чуть не садился в поезд, из Украины поступил сигнал, что приезд немецкого политика нежелателен. Польский президент с балтийскими коллегами отправился в Киев без него. Военный эксперт Ральф Тиле говорит «Медузи», что со стороны Киева это довольно недальновидное поведение:

«Оскорблять того человека, который представляет всех немцев, — довольно глупо. Это и была главная катастрофа, остальные [скандалы с Мельником] — просто хвост этой кометы. К тому моменту, когда у Штайнмайера отозвали приглашение, он уже покаялся [в связях с россией] — чего я вообще не стал бы делать на его месте. Несмотря на это, ему указали на его место. Это приводит к тому, что немецкие чиновники дружелюбно улыбаются, но за закрытыми дверями не так пытаются помочь Украине, как это делали бы без оскорблений».

Напомним, из-за дипломатического скандала со Штайнмайером от поездки в Киев отказался и Шольц. Украинский посол Мельник в ответ назвал Шольца «обиженной ливерной колбасой» — фраза, к сожалению, для Шольца прижилась. Например, ее использует в своем телеграмме Дмитрий Медведев.

Фактор острого языка Мельника для украинско-германских отношений сложно оценить однозначно. Ясно только, что он занимает в немецкой политике уникальное место, не занимающее ни одного из других иностранных дипломатов, говорит политолог Юсупов:

«Я спрашивал людей, которые разбираются в национальных медиа странах, поддерживающих Украину, например, Франции, Великобритании и Канады. Так вот, в этих странах вообще никто не знает имя посла Украины. А в Германии фамилия Мельник в топовой части списка узнаваемости политических фигур. Этого нужно еще добиться! Это новое профессиональное кредо – послы-инфлюэнсеры».

О сложностях работы с Александром Мельником рассказывает и Ральф Тиле.«Я бы сказал Мельнику (я встречался с ним, он вполне дружелюбный мужчина, который иногда ведет себя невыносимо), что меньше публичности принесло бы больше эффекта. Среди немецкого бизнеса и промышленности очень много людей, искренне желающих помочь Украине, и маленькая группа профессионалов при посольстве, которая могла бы наладить контакты и ускорить процессы, добилась бы от немецкой бюрократии гораздо большего. Однако он ведет себя так, что люди избегают говорить то, что думают в его присутствии».

С этим согласен и политолог Юсупов. По его словам, практика Мельника излагать в Twitter личные сообщения других политиков привела к тому, что его гораздо реже зовут на «закрытые форматы», чем в начале войны. Но политолог Дмитрий Стратиевский советует не преувеличивать фактор Мельника. «Мельник на эти события оказывает минимальное влияние. Все, что происходит, в основном происходит не через посла. Существуют прямые каналы коммуникации, они давно отлажены, а после начала войны стали более интенсивными», — говорит он.В любом случае Мельник наказывает немецких политиков за некоторое высокомерие, которое, по наблюдениям того же Стратиевского, было присуще их коммуникации с украинскими коллегами. Пусть немцы стали намного осторожнее — и, пожалуй, менее откровенными — в публичных заявлениях об Украине, уважения в их словах стало больше. Украинские солдаты уже изучают, как пользоваться «гепардами» — в Германии
>
По-немецки медленно, но в целом эффективно двигаются другие процессы. Украинские солдаты уже сейчас осваивают в Германии гепарды и панцер-гаубицы. А несколько дней назад Украине были обещаны ракетные комплексы Iris-T SLM — очень современное и эффективное оружие, которое было испытано менее десяти лет назад и предназначено для борьбы с российской авиацией. То есть сатирики из Postilion, написав о поставках немецких соломенных пугайл, действительно угадали, что Германия планирует помочь Украине бороться с воздушными целями.О том, что в Германии следят за боевыми действиями и пытаются помочь чем-то, что понадобится, свидетельствуют и заявленные поставки радиолокационных станций Cobra. Они, как считает бундесвер, лучше всего в мире определяют координаты вражеской артиллерии — а в нынешней войне артиллерия играет решающую роль.Однако все эти нужные вещи из мизерных запасов бундесвера сначала должны пройти через жернова немецкой бюрократии и сложной украинско-германской коммуникации. Стороны не очень доверяют друг другу: Украина подозревает, что Германия не потеряла тайных симпатий к россии, а Берлин не хочет, чтобы Киев слишком увлекался войной (Украина должна «выстоять») и беспокоится, что гусеницы немецких «леопардов» въедут на русскую землю.Учитывая, что Германия по-прежнему зависит от российского газа, Берлин считает, что делает максимум из того, что может себе позволить. В конце концов, если Германия будет затягивать поставки оружия, то в ответ получит разве что еще один резкий твит Мельника. А если переусердствует, то кремль может разрушить немецкую экономику, перекрыв газ, или вообще объявит Германию стороной конфликта с непредсказуемыми последствиями (а сколько надежной армии у Германии просто нет). Германия считает, что идет в этой ситуации жертвами, но их не ценят. Вся проблема — в перспективе, заключает Ральф Тиле:

«Я помню, когда развалился Варшавский договор, я в делегации НАТО посещал восточноевропейские страны, пережившие российскую оккупацию. Они смотрели на Россию через призму страсти и ярости, а мы пытались успокоить их и перевести эмоции на рациональный уровень. То же самое я вижу сейчас в Украине. Их требования очень эмоциональны (я сам требовал бы все, до чего мог бы дотянуться, будь я украинцем), но с объективной точки зрения чрезмерны, и в их основе нет серьезного понимания ситуации. Германия же имеет собственную национальную ответственность и собственную перспективу.

РЕКЛАМНЫЙ БЛОК

Германия