Руслана Величко: Кабмин обязал чиновников открыть данные, но не объяснил, как это делать

Руслана Величко: Кабмін зобов’язав чиновників відкрити дані, але не пояснив, як це робити

Более два года назад Кабинет Министров обязал чиновников выложить в открытый доступ наборы данных, которые подлежат обнародованию».

Фактически, речь шла о внедрении Open Data на государственном уровне – концепции, согласно которой данные должны быть свободными для использования и распространения кем-нибудь. А слишком государственные данные, ведь они, практически, являются инструментом оценки и контроля работы власти. Информация, которую должны были обнародовать, касалась всех сфер жизни — начиная от количества школ в отдельном городе и заканчивая финансовой отчетностью коммунальных предприятий. В дальнейшем на основе этих данных началась разработка сервисов, полезных для рядовых украинцев. Как-вот EasyWay, который дает возможность отслеживать в реальном времени передвижение троллейбусов, автобусов, трамваев и т. п. на основе открытой городом информации о движении общественного транспорта. Год назад Гражданская сеть «ОПОРА» запустила собственный проект под названием «мост», который должен был пропагандировать философию открытых данных среди чиновников. Ведь и информация о количество кафе с летними террасами в Северодонецке, и информация о беспошлинных магазине в Украине — это все открытые данные. Но оказалось, что чиновники не совсем понимают суть явления и часто путают Open Data с «доступом к публичной информации». А иногда распространяют наборы данных на досках объявлений, вместо систематизировать информацию и выложить на едином онлайн-ресурсе. Неделю пообщался об этом с Русланой Величко — координатором проекта «мост».

Как в «ОПОРЕ» возникла инициатива «Данные городов»? Идея родилась с нуля или уже были наработки?

— Гражданская сеть «ОПОРА» занимается выборами. И у нас была проблема во время сравнения или проверки членов окружных и участковых избирательных комиссий. Например, работал человек на других выборах с каким-то конкретным кандидатом или партией или еще что. И мои коллеги из «ОПОРЫ» сделали небольшой проект: они с помощью робота взяли данные с сайта ЦИК и на их основе сделали поисковый сервис. Ты мог ввести имя и фамилию человека и выяснить: на каких выборах она работала и от какой партии. И это лишь один из примеров того, как можно использовать открытые данные. И чем дальше, тем больше эта тема начала в «ОПОРЕ» развиваться.

То есть «Открытые данные» — это не первый опыт?

— Наш первый опыт работы с открытыми данными — проект Rada4you. Фактически, это большой калькулятор, который анализирует, как именно голосуют депутаты в Раде. Его плюс в том, что вы можете взять конкретное голосование и проанализировать, какие депутаты и как голосовали. Но это не все. Ведь есть политика в целом. Например, антикоррупционная. И есть много голосований. И есть много законопроектов. Которые или вредят антикоррупции, или наоборот — поддерживают ее. И с помощью сервиса можно отследить, последовательным был тот или иной депутат в антикоррупционной политике. Он был постоянно против? За? Или включился где-то посередине? И главное. Этот сервис отдает данные в машиночитному формате (то есть таком, который можно использовать в дальнейшей работе с открытыми данными). Таких вещей на тот момент не делала даже сама Верховная Рада.

То есть открытые данные…

— Это данные, которые структурированы определенным образом в определенном формате. И которые можно использовать для обработки машиной (компьютером) в других сервисах.

Возвращаясь к «Данных городов». Как возникла идея проекта?

«ОПОРА» работала с парламентом относительно открытых данных и разработки портала с такими данными. Как и с другими центральными правительственными структурами. Но в какой-то момент мы поняли, что самые интересные данные есть в городах. И на основе именно этих данных можно разработать полезные онлайновые сервисы. Например, транспортные данные. Много людей пользуется сервисом EWay. С его помощью можно узнать, где именно находится нужный тебе транспорт (автобус, троллейбус, трамвай, маршрутка) и за сколько времени он приедет к твоей остановки. Этот ресурс сделали на основе открытых данных. Но, кроме транспортных, есть образовательные данные. Медицинские данные. Они также являются важными. И с внедрением политики открытых данных в жизнь этой информацией смогут свободно пользоваться рядовые граждане. Не так много людей будет анализировать работу депутата. В то же время, думаю, большинству будет интересен сервис, скажем, для поиска школ. Где будет информация о количестве свободных мест, кружки, секции, загруженность учителей, криминогенную обстановку в районе и тому подобное.

Как на такую инициативу отреагировали местные власти?

— Для местной власти это было что-то про космос. Чиновники воспринимали открытые данные как публичную информацию. В их понимании открытые данные — это сканированные документы с подписью и печатью. Но это не те данные, которые можно обработать автоматически. Их надо чистить. Да и после того, как Кабмин обнародовал «Положения о наборах данных, которые подлежат обнародованию в форме открытых данных» — была путаница. Данные обнародовали в не правильном формате, обнародовали не те данные. Каждый имел свое понимание, не было структуризации. Короче, публиковали что угодно. И в результате хорошая инициатива превратилась в свалку.

Можно привести какие-то примеры?

— Недавно у нас был полугодовой проект с нашими польскими партнерами из фонда TechSoup, во время которого мы работали с рядом городов. В частности — с Николаевом. Под конец проекта в трех городах мы запустили образовательный сервис. С Николаевом не получилось, потому что город не передало нам нужной информации. И мы об этом рассказали на презентации результатов конкурса. А через некоторое время нашим аналитикам начали звонить из горсовета Николаева, типа: «Вам надо данные, куда их отправить, дайте почтовый адрес». Мы пытаемся объяснить, что нам информация нужна в цифровом формате, все слать по электронной почте. А нам отвечают: «нет-Нет, тогда нам эти кипы бумаг придется не только копировать, но и сканировать!». Казалось бы. Все объяснили на пальцах. Провели множество образовательных мероприятий для чиновников. И вот, имеем результат.

Легче работать в крупных городах? Или в малых?

— Оказалось, что в меньших городах работать проще, потому что там меньше политики. Казалось бы, открытые данные — чисто технический процесс. Но даже его можно заполитизировать. Та же Николаевский горсовет. В ней есть отдел, который отвечает за внедрение открытых данных. И они работают с другими департаментами. Но с отдельными департаментами они категорически не могут состыковаться. И в результате для аудита данных мы получаем информацию не из всех департаментов. Потому что, оказывается, можно провести конференцию с красивым подписанием меморандумов о открытые данные, а потом ничего не делать.

Уже есть успешные истории с внедрением открытых данных?

— После конкурса прошло мало времени, чтобы был какой-то видимый результат. Хотя, например, в Вознесенске, Коломые у нас был хороший опыт работы. Он не сравним с Равным, Ужгородом и Николаевом. Вообще, в Коломне и Вознесенске нам удалось сделать то, чего мы не планировали: мы совместно с горсоветами запустили порталы открытых данных.

Кстати, без горсовета реально что-то сделать?

Без нее ты ничего не сделаешь. Потому что тогда все нужные данные ты вибиваєш запросами. А потом долго и тяжело с ними работаешь: чистишь, обрабатываешь. А в тех же Коломыи и Вознесенскую мы определили приоритетные наборы данных, почистили их и запустили порталы. В Коломые все уже готово, Вознесенск пока дорабатывает. Хотя, если честно, от чиновников был безумный фидбэк. Тренерам звонили, консультировались, задавали кучу вопросов.

Хорошо. А как вы подбирали города на конкурс?

— Сначала мы создали инициативу «Данные городов» и запустили портал для конкурса сервисов на основе открытых данных. Мы разослали по 5 запросов в 145 городов. И поначалу у нас обрывались телефоны, нам писали в соцсети. Бывало и такое, что предъявляли претензии, как: «Что вы за запрос прислали, у нас лето, отпуска и вообще кондиционер не работает». Была еще история. Нам присылают анкету для аудита данных, которые есть в городе. А в анкете написано: «Формат открытых данных: на бумаге. Место размещения: при входе на доске объявлений.

Чиновники понимали, что от них хотят?

— Теперь уже проще, потому что есть постановление Кабмина, будто и обязательная. Но правовых последствий за его неисполнение нет. И они это хорошо понимают. В то же время, им постановление о открытые данные сверху спустили, как какое-то «без сомнений новшество». Но никто не объяснял, что с этим делать. Пример. Мы работаем с открытыми данными в Ровно, читаем воркшопы. Рассказываем о открытые данные. У каждого есть интернет, смартфон. Наконец, 4G уже появился. И у нас был такой фидбэк: привезите побольше печатных пособий, где объясняется, что такое открытые данные и как с ними работать. То, что это пособие давно есть в интернете ситуацию не спасает. Потому что, оказывается, чиновникам надо привозить объяснения на листочках. После этого мы начали готовить тезисні конспекты и рассылать участникам воркшопов. Со скриншотами экранов, где объясняется: что тыкнуть, где тыкнуть, как и что выбрать. Потому инструкций чиновникам никто не дает. Конечно, можно смеяться. Но порой становится горько. Потому что ты потратил кучу времени и ресурса, чтобы их научить. А потом оказывается, что они публикуют открытые данные на досках объявлений.

Так все-таки, как вы подбирали города на конкурс «Данные городов»?

— Наш первый проект — конкурс сервисов открытых данных. Мы работали с активистами, которые могли выиграть определенную денежную помощь на внедрение таких сервисов. Но мы поняли, что не хватает данных городов.

Тогда мы объявили конкурс с подачей заявок. В них надо было описать, что города готовы делать для внедрения открытых данных и насколько. Это был первый этап отбора. Потом мы звонили конкурсантам и вели переговоры, чтобы выяснить, насколько искренне они готовы работать. Потому что оказалось, что некоторые города подаются на конкурсы лишь для того, чтобы отчитываться перед начальством. Типа «в этом году мы подали на конкурсы столько-то заявок». Мы не ожидали, что на 5 конкурсных мест поедут 55 городов.

Откуда шло финансирование на проект?

— Финансирование под проект было гранту. Но, на самом деле, как руководитель проекта могу сказать, что без преданности моих коллег ничего бы не получилось. Потому что много работы было вне проектной деятельностью. Те же запуски порталов городов. Просто мы настолько были поражены, что город хочет портал открытых данных… Мы не могли отказать.

В дальнейшем вы планируете аналогичные конкурсы?

— Нужно делать успешные истории. Как не крути, города между собой конкурируют. Итак, если получается работать с малыми городами — надо работать с ними. И насаждать культуру открытых данных. Летом мы планируем начать работу в малых городах и, возможно, даже с объединенными территориальными общинами. Потому что в больших городах слишком много политики. Тем более впереди выборы. И нас будут использовать для пиара. А мы в этом не заинтересованы. Нам нужно развитие. И результат.

Для своего проекта с открытыми данными вы используете иностранный опыт? Как-то его адаптируете?

— Был у нас один случай. Коллега слал запрос чиновникам, просил прислать устав города в электронном формате. Пришел ответ: «Устав был на дискете, которая вышла из строя». Хорошо, тот же Владимир Гройсман регулярно пиарится на теме открытых данных. Но если на местах нет нормальных компьютеров — как работать? Мы переводим кучу пособий. Из США, Британии. Но всегда надо учитывать уровень чиновников. Конечно, мы одалживаем, адаптируем зарубежный опыт. Под украинские реалии. Потому что одно дело, когда в руководстве Штатов пишут, что те или иные данные можно обработать в API (прикладной программный интерфейс. — Ред.), то для наших чиновников, то непонятное понятие и дай бог, чтобы наши чиновники смогли работать в Excel, не просто, как с таблицей. Всегда надо делать поправку на образовательный уровень.

Запуск портала много времени отнимает?

— На запуск портала может уйти неделя работы. Но если это рассказать чиновникам — это же просто убийство для них. Как-то в один из городов мы просили данные, чтобы их почистить для такого портала. То чиновники не смогли их найти. Почему? Потому что они лежали в архивах. Классических архивах. Со стеллажами, картонными папками и бумагами, прошитыми нитью. Порой проще работать не с горсоветом, а просто запустить робота, который сам соберет нужную информацию. Но если мы хотим изменений — то чиновников надо учить, надо с ними работать.

———————————————

Руслана Величко родилась 1987-го на Ровенщине. Координатор «Данные городов/Apps4Cities» — инициативы по продвижению идеи открытия городских данных. Организатор Конкурса Apps4Cities Challenge, что охватил все города Украины и в первом этапе собрал 68 идей городских сервисов. Организатор конкурса «Открытый вызов», где в пяти городах по результатам конкурса внедрялась политика открытых данных. В трех городах были запущены Порталы открытых данных, в четырех — образовательные сервисы на основе открытых данных. Член жюри в Ministry of Data Challenge (Конкурс охватывает Западные Балканы).

Долгое время занималась мониторингом избирательного процесса, как региональный координатор, принимала участие в международных наблюдениях. Работала со сферой жилищно-коммунальных услуг, энергосбережения, альтернативных источников энергии, в результате чего заинтересовалась и начала работать с открытыми данными городов и сервисами для городов.

Share Button

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *