Спасла под обстрелами сотни жизней – как бывшая военная Катя Луцик продолжает помогать стране

История Екатерины Луцик, которая с 18 лет помогает защитникам Украины. Фото: автора

В 2015 году она попала на войну, где, спасая других, едва не погибла сама. А уже в 2022 году наладила работу масштабного волонтерского объединения.

Восемнадцатилетняя Катя добровольно ушла на войну работать медиком. За пять лет ротаций в Донецкой области смогла спасти под обстрелами сотни жизней. Каждый раз рискуя, наконец, и сама была ранена. Вражеский шар прошил лобовое стекло старого «УАЗа». Пролетев мимо лица девушки, вышла боковым стеклом. В результате у нее разорвалась барабанная перепонка, осколки застряли в глазах и коже. Обстрел продолжался, но военная вместе с водителем смогла отползти подальше от автомобиля. Вечером боевики сожгли их машину, а Катя сидела, опершись спиной на забор, и плакала за оставшимся в салоне рюкзаком. Потому что с ним она спасала каждый день людей.

Меньше, чем через сутки после контузии, молодая женщина вернется из госпиталя на боевые позиции. Она ведь нужна ребятам на передовой… Со временем украинские воины сделают в Авдеевке мемориал. На нем установят расстрелянную медицинскую машину, в которой ехала военная.

Екатерина Луцик родом из Изяслава. После ротаций в зоне АТО она продолжила службу в Житомире, где делилась боевым опытом с другими медиками. Пережила тяжелый посттравматический синдром, работала с психологами, перенесла операции на глазах. В конце концов девушка смогла вернуться в мирную жизнь. Год назад она уволилась из рядов ВСУ, но 24 февраля война вернулась в ее жизнь. В этот раз, ворвавшись в жизнь всех украинцев.

В первый день широкомасштабного вторжения Катя собралась на передовую. Добраться до своей родной, 81 бригады, было невозможно. В военкомате ей было предложено место в терробороне. Ища способы присоединиться к боевым бригадам на линии фронта, девушка начала помогать военным, находясь в Хмельницком. Теперь она возглавляет волонтерское объединение, в состав которого вошли более двух десятков общественных организаций. Вместе они смогли запустить сложный механизм: отшивают бронежилеты, производят сухпаи, закупают автомобили и амуницию военным. Наладив логистику, каждый день отправляют на фронт десятки автомобилей гуманитарной помощи.

Боевая медикиня Катя Луцик спасла сотни солдат и сейчас помогает в тылу.

Как удалось организовать масштабное волонтерское собрание; кто те люди, которые самоотверженно работают на днях и по ночам на добровольных началах, мы обязательно расскажем впоследствии. Сегодня же история 25-летней Екатерины – о пути юной девушки в зону АТО и жизни на линии фронта. О первой седине, ранении, восстановлении. О роли волонтерства в условиях широкомасштабной войны и готовности вернуться на передовую.

«Я завершала учебу на медика, когда началась война. Хотела служить. У меня старший брат кадровый военный. Потому я знала, как туда отправляли, что нет нужного обеспечения. Перед моим выпуском на востоке погиб юноша с соседней улицы. У него было повреждение легких, это легкое ранение. При правильном оказании медицинской помощи человек может ждать эвакуации еще 12 часов. Ему ее не предоставили, и он умер», — рассказывает Екатерина.

Девушка слышала рассказ брата, что на востоке не хватает медиков. Понимала, что может быть полезной там. В конце концов, в начале 2015 года ушла в военкомат.

«Пришла и спрашиваю: а вы берете девчонок? В то время девушкам было тяжело попасть, но медиков брали. Они говорят: берем завтра выезд. Я попросила больше времени, чтобы хоть что-нибудь купить. Тогда одеждой не снабжали. И мне сказали: ок, тогда на четверг. То есть через день», — вспоминает она.

Родители знали, куда ездила Катя. Приехав домой, она застала маму у плиты. Мама, увидев ее, усмехнулась:

«Что там, служить не забрали?»

В ответ слова дочери: «Я иду служить».

После паузы стало понятно, что девушка не шутит.

«Мама в слезы, папа в панику. Брат с первых дней на войне прошел самые трудные бои. Они знали, что это такое. Не хотели, чтобы еще один ребенок подобное пережил. Но я приняла решение, – объясняет Екатерина. – Они покричали, поплакали и поехали в магазин «Милитари», купили мне подержанную форму и рюкзак. Брат мне дал свой бронежилет. Полностью собранная, кроме обуви (берцов 38-го размера еще не было), я приехала в военкомат».

Через три месяца подготовки на полигоне в Житомире девушка научилась стрелять, привыкла к дисциплине и готовилась служить в боевом подразделении. Ей предлагали работать медиком в 8-м полку в Хмельницком. Но она приняла решение быть на передовой и вскоре присоединилась к 81-й бригаде десантников, дислоцировавшихся в Донецкой области.

Уже во время первого боевого выезда Екатерину начали воспринимать как профессионала. Военные стали называть ее «брат». Дальше последовали второй, третий выезды – Авдеевка, Светлодарская дуга. Каждый раз разные позиции, которые нужно изучить, чтобы организовать своевременное спасение.

В Авдеевке происходили первые горячие бои. Это был приватный сектор. На одной улице оккупировался враг. Посредине нейтральная улица, следующая – позиции украинских воинов, расположенные по линии фронта. Екатерина всегда была посреди той линии, чтобы иметь одинаковое время добраться до самой удаленной точки.

Спасла под обстрелами сотни жизней продолжает помогать стране

Люди, знающие Катю, называют ее сильной. Девушка же считает себя патриотической.

«Я была одна с медицинским образованием на весь батальон. Был еще фельдшер и ветеринар. Но мы создали такую ​​команду. Ветеринар Вова, сейчас он тоже воюет, очень хотел научиться. Он через три секунды давал мне все необходимое. За период первых-вторых боевых выездов я уже знала, что он сам может свободно оказать необходимую помощь», – рассказывает девушка.

У Екатерины при себе всегда была радиостанция, по которой она получала уведомление. После зашифрованных слов брала рюкзак и заскакивала в автомобиле к водителю, который мгновенно приезжал за ней. Им нужно было несколько минут, чтобы приехать в необходимую позицию. Часто она самостоятельно вытаскивала раненых из-под обстрелов. Когда удавалось, ребята пытались поднести на носилках потерпевшего поближе к выезду.

Потом должна была быстро сориентироваться в ситуации. Если боец ​​в сознании, он будет держаться за то, что болит. Если без сознания – надо понять, что произошло. А ранение – это всегда кровопотеря.

«Одно из первых сложных ранений в моей практике – ранение сонной артерии. Чтобы спасти человека, нужно только точечное зажимание артерии. В дороге, кроме того, что мы накладывали повязку, я все время пальцем зажимала рану, чтобы человек не стекла кровью», — вспоминает она.

Раненого грузили в машину и уже в пути в стационарный медпункт была основная работа Екатерины. Турникет, обезболивающее, восстановление циркулирующей крови – военная должна была передать группе медиков стабильного раненого: с остановленным кровотечением, доступом к вене и описанием подозрений. Тот стацпункт был в Авдеевке в 9-ти этажке в пяти километрах от линии фронта. Затем бойцов отправляли в ближайший военный госпиталь в Покровск.

«Бывали случаи, когда не удавалось спасать людей. Я покоряла себя, может мало сделала. Даже когда в морге подтверждают, что травма была несовместима с жизнью, ты все равно крутишь в голове: а может могла?» — признается медикиня.

Екатерина была единственной девушки среди ребят. Она не могла расклеиться, другие на нее равнялись. Так что если бы не становилось тяжело, каждый день выходила с улыбкой и кофе.

Спасла под обстрелами сотни жизней - как стране

Ротация по ротации Екатерина Луцик более пяти лет посвятила спасению бойцов на востоке Украины.

< >«Нам говорили, что мы едем на ротацию на три месяца. Но на самом деле она длилась минимум полгода, самая длинная была в Авдеевке – восемь месяцев. Мы все вместе жили, стали родными. Сделали душ, нашли теннисный стол. Ежедневно до 15 часов на 9-ти этажке присутствовали работники ОБСЕ. В это время было относительно спокойно. Мы успевали читать книги, меня научили играть теннис», — добавляет она.

Кроме того, что вывозила раненых, девушка каждый день делала объезд позиций. Осматривала бойцов и лечила сезонные болезни. С собой имела два рюкзака – неотложный и наполненный лекарством от болезней. Во время одного из таких плановых выездов машину обстреляли.

«23 сентября 2016 – мой второй день рождения. Мы заезжали на позицию под горку на УАЗике. Он был проходим с двумя мостами, но старенький. Мы с первого раза не уехали. Поднялись до половины и слышим, что по нам стреляют. Скатились вниз. Удивительно белый день. Мы постоянно так ездили. Пробуем второй раз и начался обстрел. Пуля прошла мимо лица. Меня порубило стеклом, разорвалась правая барабанная перепонка. Мы отползали от машины, а нас крыли минометом», — рассказывает о ранении Екатерина.

Украинские военные их прослушивали. Боевики были уверены, что в машине остался ранен и медики должны вернуться. А когда начало смеркаться, они ее расстреляли и подожгли.

«У меня была контузия, но я не хотела покидать позицию. Командир батальона меня заставил уехать в госпиталь. Там мне достали обломки из глаз, тела, сделали процедуры с ухом. Всю ночь меня капали, а утром я сказала, чтобы меня выписывали, – говорит девушка. – Пробыв меньше суток в госпитале, под вечер меня уже забрала машина обратно. Я сама себя капала на позициях и продолжала работать».

В конце 2020 Катя перевелась в Житомирский учебный центр, чтобы делиться опытом с медиками. Это был период, когда на востоке все стало относительно стабильно, и она больше не чувствовала, что приносит там пользу.

«Когда я была в Авдеевке, куда тяжело дозвониться, у меня зазвонил телефон. В трубке маленький ребенок благодарил меня за спасенную жизнь папы. Это то, что мной все время двигало на фронте. В Житомире я этого уже не чувствовала. На том моя служба должна была завершаться. Я отдала все, что могла», — объясняет бывшая военная.

Сначала девушка пыталась максимально догнать все потерянное через пять лет. Параллельно со службой, окончила курсы фитнес-тренера, ходила на пробежки, была общественной активисткой, занималась военной дипломатией и добивалась равенства прав мужчин и женщин в армии. Так ее хватило на полгода. Начался посттравматический синдром.

Сейчас Катя активно занимается волонтерством .

«Я пропала из-за связи. Трудный был период. Были мысли возвращаться в боевую бригаду. Здесь всем безразлично, а там каждый день ребята погибают. Меня спасли девушки-ветеранки, которые насильно отвели к психологу. Я работала с психологом, психиатром, было медикаментозное лечение. Через три месяца я снова захотела жить», — делится воспоминаниями Екатерина.

Катя хотела уехать от войны и вернуться в гражданскую жизнь, но война пришла в ее дом. Как говорит она, это было прогнозируемо, но все же до последнего теплилась надежда.

«24 февраля я позвонила в свою 81-ю бригаду, они сказали, что я до них не доеду. Идут бои. Я обратилась в военкомат. Там сказали, что у них куча людей, и отправят меня в ТРО. Но ведь есть разница: взять гражданского медика на войну или человека с боевым опытом. Как минимум, я знаю свою реакцию, когда накрываю артиллерией. А еще я обута, одета и укомплектована рюкзаком, который спасает жизнь», — объясняет активистка.

Спасла под обстрелами сот бывшая военная Катя Луцик продолжает помогать стране

Ежедневное собрание волонтеров в их штабе.

Ища способы уехать на фронт, Катя начала учить медиков в Хмельницком. Параллельно вместе с другими добровольцами наладила работу масштабного волонтерского объединения. Вокруг общего дела организовались сотни людей. Они занялись производством и снабжением на войну необходимых вещей военным и гражданским. Теперь каждый день отправляют на фронт десятки автомобилей с помощью.

«Люди просили меня не уезжать. Здесь было много работы. Потом все настроили, зарегистрировали организацию. Они захотели, чтобы я возглавляла это. Если люди доверились, значит, я смогу. Но недавно я получила звонок от своего боевого собрата. Создается новое подразделение, оно идет командиром и хочет, чтобы я была у них начмедом. Он спросил, пойду ли я и сказала «да», — поделилась Екатерина Луцик.

Сейчас она оформляет визу, чтобы отправиться с дипломатической миссией в США. Через две-три недели планирует уладить все дела. Вернется ли на фронт молодая военная – жизнь покажет. Впрочем, несмотря на окончательный выбор, каким бы он ни был, Екатерина Луцик непременно будет полезна – на войне или в тылу, потому что ее призвание – спасать.

< Спасла под обстрелами сотни жизней - как бывшая военная Катя Луцик продолжает помогать стране