В оккупированном городе люди радуются, когда слышат взрывы: «Вдруг это ВСУ нас освобождают?»

В оккупированном городе люди радуются, когда слышат взрывы: «Вдруг это ВСУ нас освобождают?»

Российские наемники снимают табличку на здании государственной администрации. Фото: Скрин с видео

Уже более двух недель жители Старобельска, города-побратима Хмельницкого, находятся в оккупации – без мобильной связи и в страхе, что в дом могут прийти кафиры.

>

Представьте себе, люди, которые сейчас живут в Старобельске на Луганщине, радуются, когда слышат взрывы. «Я во все окна смотрела… Может, это наши уже летают, будут нас увольнять? Как я этого жду!», — пишет в одном из местных чатов старобильчанка Анна после того, как рядом услышала взрыв и гул самолета.Начало «русского мира»Оккупация Старобельска началась с началом марта. 2 марта российские войска уже были в городе, а старобильчане показали свою проукраинскую позицию – вышли на митинг и пытались не пропустить колонну вражеской техники. На следующий день был еще один митинг, во время которого был снят и уничтожен флаг «ЛНР», установленный в центре города. Такие митинги несколько дней проходили во многих захваченных городах Луганской области. На одном из последних, что был в Новопскове, россияне открыли огонь по людям, троих ранили. А потом в местных чатах появилась новая информация – полицейские-оккупанты ворвались в дома некоторых патриотов, надели на головы мешки и увезли в неизвестном направлении. Один из них потом появился в больнице избитый, судьба других неизвестна.

Под репрессии оказались семьи военнослужащих (как действующих, так и бывших), сотрудники государственных структур, местные активисты и волонтеры. Забирали и допрашивали не только мужчин, но и женщин, пожилых и даже детей. Как рассказал один из тех, кто пережил такой допрос, среди прочего кафиры спрашивали, как и кто заставил людей выходить на ативоенные митинги. Захватчики не могли поверить, что люди выходили добровольно против русских «освободителей». В Старобельске, несмотря на то, что этот город расположен на Луганщине, рядом с границей с Россией, люди в подавляющем большинстве оккупантам не рады. Но есть и «переобувшиеся». Так, после неудачных попыток договориться с действующим городским головой, кафиры поставили своих наместников – бывших регионалов, которые были у власти до 2014 года, и с именем которых местные связывают самую большую коррупцию за время независимости Украины. Перешли на сторону захватчиков некоторые полицейские, также есть местные, пишущие доносы на своих соседей. По слухам, из-за повреждений сети. До этого дня позвонить по телефону в оккупированном Старобельске невозможно. Правда, интернет пока есть.

Между тем кафиры продолжают брать под контроль разные аспекты жизни города. Так, недавно к родителям одного из учебных заведений на украинском языке обратился педагогический коллектив:

«…21.03.2022 года возобновляется образовательный процесс в стенах заведения. Уроков украинского языка, литературы, истории Украины, правоведения, защиты Украины не будет. Вместо них вводится русский язык и литература, Всемирная история, история старого мира, физическая культура. Вы можете продолжить обучение в нашем заведении на этих условиях или забрать документы и написать заявление на экстернатное обучение в любое заведение Украины. Если вы решаете продолжить обучение в нашей школе, обратите внимание, что… ваш ребенок получит документы по образованию ЛНР…» Кстати, в соседнем Новопскове договориться с учителями россиянам не удалось. Здешние педагоги сообщили родителям, что школы не будут работать. Судьба переселенца уже во второй раз постигла Луганский национальный университет имени Т. Шевченко, который переехал в Старобельск в 2014 году, когда оккупировали Луганск. Университет был вынужден эвакуироваться, на этот раз – в Полтаву.

Теперь террористы «ЛНР» на его базе создают «Луганский государственный педагогический университет». Конечно, учиться в школах и вузах, чтобы потом получить непризнанные нигде в мире аттестаты и дипломы мало кто хочет. Экономика Одна из значительных проблем в оккупированном городе – сложности с обналичиванием денег. Банки в городе не работают, большинство магазинов не принимают оплату с карточек. Переход на русские рубли происходит медлительно, если происходит вообще. Так, по информации автора, есть примеры, когда работникам бюджетной сферы предлагали зарплату такую ​​же, как они получали, но рублями. То есть по курсу «друг к одному». Говорят, что даже солдаты кафиров предпочитают гривню. Возможно, потому, что награбили гривню, а возможно — не верят в его стабильность.

Большинство информации автор получил от остающихся в оккупации старобильчан. Имена не разглашаем из соображений безопасности. Читайте также: Заключение и запрет занимать определенные должности: какое наказание грозит за сотрудничество с оккупантами