Во время депортации погибло 46% крымских татар Эскендер Бериев

Уже в эту субботу, 18 мая, Украина будет отмечать День памяти жертв геноцида крымскотатарского народа. Именно в этот день в 1944 году на рассвете началось массовое принудительное выселение крымских татар, только в дороге их умерло около восьми тысяч. В студии Украинского радио о том, как происходила депортация, как люди возвращались, и как жили в изгнании, рассказал Эскендер Бариев, председатель Крымскотатарского ресурсного центра, член Меджлиса крымскотатарского народа, председатель комитета защиты прав крымскотатарского народа.

 

Ведущая:

Кристина Стець

 

— Что происходило в эти три дня — с 18 по 20 мая 1944 года?

— Следует помнить и знать о тех трагических событиях, которые происходили 75 лет назад, речь идет как о депортации, так и о Голодоморе и Холокосте. Если бы сели на скамью подсудимых организаторы тех преступлений, то, скорее всего, мы бы не стали сейчас свидетелями тех трагедий, которые осуществляют сталинские потомки сегодня в отношении Украины, как на Востоке, так и в оккупированном Крыму. Относительно самой депортации — она проводилась в 1944 году, в основном пришлась на ночь 18 мая. В дома заходили вооруженные автоматами военные, давали 15 минут на сборы. где, по воспоминаниям отдельных людей, говорили, что можно взять с собой до 50 килограмм, некоторым вообще ничего не давали с собой брать, а просто закидывали в грузовики, вывозили на станции, сажали в «скотські» вагоны и потом вывозили людей в Сибирь, на Урал или в Центральную Азию.

— В чем состояла официальная причина депортации?

— Причиной депортации назвали то, что якобы они сотрудничали с фашистскими оккупантами. На самом же деле большая часть мужчин действительно находилась на фронте и в течение всех лет борьбы, когда большая часть населения боролась себе вообще право называться крымскими татарами, пытались доказать, что они не являются предателями. Перед депортацией, буквально за неделю-две начали ходить и проводить перепись. Потому что когда был освобожден Крым от немцев, то начали вести опись имущества и перепись людей. Люди не знали, что происходит на самом деле, и в ночь на 18 мая уже началась эта операция.

Решение было принято ЦК КПСС — о тотальной депортации всего крымскотатарского народа. Людей — а это в основном были женщины, старики и дети — загоняли в «скотські» вагоны и вывозили. В центральная Азию людей везли около месяца, а то и больше. Моей маме на тот момент было 6 лет. Совсем недавно мы проводили следствие и способствовали тому, чтобы из Крыма приезжали старенькие люди — свидетели тех событий. И сейчас мы подготовили документальный фильм, где много свидетелей рассказывают о своих впечатлениях, о чем они вспоминают. И у нас получилась такая цельная история.

— Куда вывозили людей преимущественно, какие там были условия?

— Часть людей отправили на Урал и в Сибирь, их практически выбрасывали там, заставляли заниматься лесоповалом и в основном, как говорили старики, за то, что в дороге не было что кушать, первое время было очень тяжело. И иногда люди умирали от голода. Бывало, что в поисках пищи люди ходили в лес, чтобы хоть что-то найти и прокормить своих детей. И именно детские впечатления до нас дошли — когда они видели своих мам или бабушек, загризених волками. Или когда не было возможности просто похоронить человека и люди не могли выкопать глубокую могилу, а через некоторое время видели своих родителей, или части своих детей, разорванными волками. В отношении Центральной Азии — климат там очень отличался от крымского. Во-первых, больше месяца в вагоне, их там практически не кормили.

Что касается статистики, есть разные данные, согласно первым данным, было депортировано более 193 тысяч человек, есть данные более расширенные, с учетом того, что когда советские офицеры крымские татары, по окончании войны возвращались в Крым, они также подлежали депортации. И в том числе зафиксированы случаи, когда офицеры, приехав в Крым и увидев, что нет их семей — их просто расстреливали. Расстреливали тех героев, которые возвращались на родину. И в пути по данным Национального движения и прокуратуры АР Крым, погибло около 46% населения. наибольшая смертность приходится не только на дорогу, а и на первые месяцы проживания уже на новой местности.

Когда людей привозили, их выбрасывали в разных местах, в степи. Были бараки или просто какие-то палатки. Там поселяли все семьи, им давали какой-то уголок, и практически все — женщины, старики, дети — все были в одном бараке и могли закрыться разве что простыней.

Много кто избавился от одежды из-за нашествия вшей — старые люди до сих пор помнят шум вшей, и вспоминают, что когда вытряхивали одежду, то вши с него буквально высыпались.

— Как местное население восприняло привезенных к ним крымских татар?

— Рассказывали, что, скажем, в Узбекистане местных людей настроили против крымских татар. Говорили, что приедут предатели, нелюди, с рогами, одним глазом. Все старые люди рассказывают практически одну и ту же историю.

Соответственно, местное население боялось и не воспринимало крымских татар, но и крымских татар спасло то, что с узбеками у них нашелся общий язык, потому что мы относимся к одной тюркской группы, и второй важный фактор, что все же похожая религия. И мы, и они являются мусульманами, и они увидели, что одни и те же люди выполняют одинаковые или похожие обряды, и начали протягивать руки. Тем не менее, первое, что начали «выкашивать» людей в первые дни после выселения — малярия. Люди массово начали болеть. Как рассказывала мама, несмотря на то, что моя бабушка была высококвалифицированным терапевтом, закончила Крымский медицинский институт, она все равно заболела малярией. Повезло, что бабушка моя выжила, вылечила много людей, и прогодувались они благодаря ее профессии. Потому что, когда люди когда узнали, что она специалист, ее начали приглашать лечить детей до местного узбекского населения. И когда она оказывала им помощь, они могли поделиться едой, или дать что-то на питание.

В первый период человек не просто выселили, не просто «разгрузили», но и были четко определены места спецпоселение. С 1944 года по 1956 год было спецпоселение, когда нужно было каждый месяц идти регистрироваться в комендатуре. И если депортирован перейдет границу (а было и так, что через железную дорогу по разные стороны жили родственники), их расстреливали, было очень много таких случаев. Также было за так называемое «нарушение режима спецпоселения» людей сажали, и они проводили в тюрьмах по 10 лет.

Поэтому весь период самой депортации и первых лет пребывания в спецпоселениях, как раз и дал ту цифру, что 46% крымскотатарского народа умирали.

— Сколько лет длилась эта депортация?

— После того, как в 1956 году было снято спецпоселение, возвращаться на родину было запрещено. И много крымских татар подпадали под «вторичной депортации», когда наказывалась попытка вернуться на родину. И даже когда люди покупали дома за свои деньги (свои же дома!), могли прийти и разрушить этот дом, семью загнать в грузовик, вывезти за пределы Крыма и выбросить в поле.

— Когда крымским татарам разрешили возвращаться домой?

— Это был очень сложный путь, потому что практически в каждой семье были участники национального движения, которое начало зарождаться после смерти Сталина с отменой спецпоселение. Этот жест был призван бороться за возвращение на родину, на восстановление культурных прав и так далее. Потому что даже до 80-х годов в списках народов СССР вообще отсутствовал крымскотатарский народ. Первое «потепление» началось, когда прошел ХХ съезд, когда сняли огульные обвинения из народов СССР, которые были депортированы. Однако, крымским татарам запрещали возвращаться на родину, хотя они пытались ехать, покупать дома. Но их снова вывозили. Есть такая поэма «Живой факел» — про Мусу Мамута, который купил себе дом, его впервые вывезли, выбросили с семьей за пределы Крыма, он вернулся во второй раз — его опять вывезли. Когда он вернулся, и к нему пришли в третий раз — он закрыл своих детей в комнате, облил себя бензином и поджег. Он умер в 6-й городской больницы города Симферополя, но после того его семью прекратили трогать. Его семья жила уже к возвращению крымских татар.

— Когда люди начали возвращаться массово и официально?

— Главная «потепление» пришло уже после встречи глав США и Советского союза в Рейкьявике в 1986 году. а через год уже начались массовые акции, мероприятия. Много крымских татар работали на заводах, поэтому были протесты — целые заводы не работали.

Крымскотатарское движение отличается тем, что массовые митинги были еще в 1967 году и в 1987 году на Красной площади в Москве. В 1989 году, когда была создана специальная комиссия, появилось постановление верховного совета РСФСР о реабилитации крымскотатарского народа. В том же постановлении было сказано, что не могут быть в полной мере восстановлены права крымскотатарского народа без восстановления Крымской АССР.

После 1989 года начался массовый поток — люди сами начали ехать в Крым. Но там они столкнулись уже с другой проблемой: их в Крыму никто не ждал. Они просто просили дать им землю, чтобы они могли там построиться и жить на своей земле.

— А их дома, из которых их выселили?

— У большинства их старых домов, где жили переселенцы из России и Украины. Конечно же, мы понимали, что мы приедем и не будем выгонять тех людей. Хотя где у кого сохранились документы на эти дома и были попытки через суды вернуть свой дом. Начался другой этап: репатриации, интеграции, и в течение этого времени, конечно же, со стороны Украины появилась программа обустройства и возвращения крымских татар. С помощью этой программы было восстановлено крымскотатарский театр, были восстановлены крымскотатарские газеты, ансамбли, начали открываться национальные школы, классы. Процесс шел медленно и сложно, но при всем этом, началась положительная динамика возрождения крымскотатарского народа, у нас начало появляться новое поколение.

Больше всего преград делала местная власть, которая усложняла выдачу земельных участков, поэтому организовывались и замозахват, которые затем регистрировались. Но при всем этом, мы смогли найти такие пути, что как такового конфликта межэтнического или межконфессионального в Крыму никогда не было.

На момент возврата крымские татары были готовы построить сами себе дома, обеспечить себя, проживая в Узбекистане, Казахстане, Кыргызстане, много крымских татар были высококвалифицированными кадрами, работали на заводах и предприятиях. Кроме того, мы всегда жили с тем, что мы вернемся в Крым, и постоянно имели дополнительный заработок в виде подсобного хозяйства, чтобы сэкономить деньги и насобирать на возврат.

Когда мы возвращались, практическая каждая семья имела ресурс, чтобы подняться на первый период. Но экономические процессы и затягивание с выделением земельных участков, создали нам много проблем.

— Какие были трудности в первое время после возвращения?

— Первая задача была — приехать в Крым и как-то зацепиться, тем более были препоны для возвращения на Южный берег Крыма. И поэтому люди были готовы вить селиться в степному Крыму ради того, чтобы хотя бы как-то зацепиться. Были проблемы с распаеванием земли, и действительно, крымские татары были лишены этого права, потому что они не работали ни в колхозах, ни в совхозах, а потому не имели права на пай. Но при всем все равно шла борьба, и уже после 2000-х годов началась такая вторичная миграция внутри Крыма, когда люди пытались приехать на место, где непосредственно жили их предки. А более-менее стали на ноги как раз перед оккупацией.

— Как называет, воспринимает и трактует мир эту депортацию? Какова позиция Украины и других стран?

— Всегда было одним из основных задач Крымскотатарского национального движения — добиться признание депортации геноцидом нашего народа, и восстановление прав, восстановление крымскотатарской территориальной автономии. И этот процесс, к сожалению, шел в Украине также очень тяжело. И мы наконец-то добились (я очень благодарен народному депутату Украины Николаю Княжицкому, который был инициатором), и в 2015 году Верховная Рада Украины признала депортацию геноцидом, это политическое решение. В 2014 году ВРУ признала крымскотатарский народ коренным народом, и официальными органами Меджлис и Курултай, тогда же был принят закон о восстановлении прав лиц, депортированных по национальному признаку. В декабре 2015 года было открыто уголовное производство по расследованию депортации как геноцида прокуратурой Автономной республики Крым, и сейчас следствие продолжается.

Для того, чтобы мир признал, важно, чтобы это признало государство, гражданами которой мы являемся. И вот первый результат мы получили, когда 9 мая сейм Латвии признал депортацию депортацию геноцидом, и не просто геноцидом, а связали это с нынешней ситуацией, то есть, подтвердили целостность Украины в этом решении и подчеркнули, что сегодняшние репрессии — это продолжение геноцида.

Прослушать историю из первых уст можно в записи.

Прослушать вторую часть разговора можно здесь.

Під час депортації загинуло 46% кримських татар — Ескендер Берієв