Всєм — щи!

Всєм — щі!

Рис. Алексея КУСТОВСКОГО.

А на этой неделе Песков бегал по Кремлю с советским школьным звонком в руках и секси-голосом Навки зазывал:

«Все на совет безопасности! Все на совет! В бункерный кинозал! Будем смотрєть чєтвєртую сєрію Бигуса!».

Дмитрий Медведев тосканской виноградинкою вкатился в битком набитый кинозал и увидел только два свободных места — возле Пескова.

— Возле вас можно?.. — подобострастно поинтересовался Дмитрий Анатольевич.

— Здесь — Владимир Владимирович, а здесь — Шойгу…

— А я?

— Димон, ты как нєродной! Там есть пріставной стул…

«Ранєний на всю голову» — подумал Димон и поплелся в конец зала, потоптавшись возле барного стула, только с третьего раза запрыгнул на него, свесил ножки, склонил голову к стене из красного бархата и сразу задремал.

— Ну как фильм, Дмитрий Анатольєвіч? Не скучный?

Димон моргнул. Перед ним торчали три головы — Путина, дальше — Шойгу и этого… раненого.

— Я ждал большєго, — надо же было что-то сморозить Медведеву.

— А по-моему, то, что надо! О, Кужугєтовіч, чуть не забил, погарячілся ты с контрабасом для Украины. Не надо било перекривать канал. Все равно там все шло бракованноє. Кстати, о браке… Дима, — Путин оглянулся к Пескова, — ты уже подумал, что сказать журналистам о договоре дружбы с Украіной, а то снова ляпнешь не то, что надо…

— Владимир Владимирович, я скажу, что… прєкращєніє Украіной договора о дружбе с Россией не соотвєтствуєт интересам украінского и российского народов, — с пафосом начал Песков, и уже тише: «Это все равно, что стрелять себе в ногу!».

— Я же говорю — ранєний на всю голову, — подумал Димон.

— Молодец! — Путин по-отечески дернул за пушистый правый ус. Песков было подставил и левый, но здесь в кинозал зашел личный шеф-повар Путина:

— Владимир Владимирович, обєд стинєт, цігєль-цігєль, — и дважды ткнул пальцем по часам на руке.

— Пойд ем, Кужугєтовіч, заморім червячка-хохлячка, раскажешь, как там наш… слуга народа пожіваєт…

Тем временем в Киеве «слуга народа» собрал у себя на кухне 95 квартала всех «гонимых и голодных» и торжественно произнес:

— Мы новое блюдо!..

— Шо, опять пицца? — брезгливо скорчил рожу лысый: — Хачу щи!

И здесь все на кухне вытащили из-за пазухи серебряные царские ложки и начали колотить ими по столу:

— Хатим щи, хатим щи, хатим щи!

«Слуга» обвел изголодавшимся взглядом свою свиту, облизнулся и с хрипотцем в горле проговорил:

— Пацаны, я в вас никогда не сомнєвался! Зуб даю! Всєм — щи!